Перевод aikiportal.com.ua

- Сэнсэй, не могли бы вы рассказать нам немного о своем подходе к преподаванию? Как вы справляетесь с начальным уровнем обучения?

- В моем додзё мы обычно проводим  смешанные занятия. Когда приходят новички, им уделяют внимание. Если преподаю я, то просто прошу кого-нибудь помочь им с базовыми движениями.

- Помните ли вы тот список из 50 техник, который был у Тохэя Сэнсэя, когда вы впервые приехали в Америку? Вы уже были в Штатах, когда это составляло основу  того, что мы должны были преподавать.

- Я не следовал этому методу обучения.

- За последние десять-двенадцать лет Хомбу Додзё также изменил свою систему и упростил учебную программу. Многие техники были исключены из основного курса. Какие основные техники вы любите преподавать?

- Я, возможно, изменил немного способ преподавания, но в основном я по-прежнему следую той системе, которой меня научили, и которую я практиковал, когда занимался в Штаб-квартире у Досю.

- На самом деле, я вижу сходства между вашим стилем и стилем Сайто Сэнсэя. 

- Вы так думаете? Это потому что мне нравится традиционный способ. Когда я был в Хомбу, мне нравились движения и техники Сайто Сэнсэя. Я не занимался непосредственно у него, но посещал его занятия. Мне нравились его динамичные движения.

Я стараюсь поддерживать традиционный стандарт. Я не хочу создавать что-нибудь свое. Я не хочу, чтобы мои ученики приходили в замешательство, посещая занятия кого-то другого. Я считаю, что если у них будет стандартная базовая техника, то у них не будет возникать путаницы. К сожалению, некоторые ученики, попадая на занятия других сиханов, совершенно не знают, что делать.

- Я никогда не забуду, как однажды на одном инструкторском семинаре в Калифорнии один парень, побывавший в Японии, преподавал технику так, как ее преподавали пять разных учителей. Я же хотел увидеть его стиль.

Насколько я знаю, позже вы опубликовали  вторую книгу и недавно выпустили видео.

- Это было большим хитом. Каждый хотел его иметь, хотя это было всего лишь введение. Они хотели, чтобы я продолжил серию. Видео было сделано профессионально, и все его очень хвалили.

- Если кто-нибудь, читающий эту статью, захочет заказать его, как он может это сделать?

- Он может заказать его непосредственно в офисе федерации через Сюзан Уолк. Она является секретарем Федерации Айкидо Соединенных Штатов. Как я уже говорил, мы управляем нашей федерацией весьма гибко. Наша Федерация Айкидо Соединенных Штатов служит некой зонтичной организацией, представляющей нас в Международной Федерации Айкидо. Но на самом деле из-за размеров страны наша деятельность разделена на четыре подразделения: Восточное Побережье, Средний Запад, Калифорния и Гавайи. К счастью, каждое подразделение имеет своего сихана. Я занимаюсь Восточным Побережьем, я, Канаи и Сугано. На Среднем Западе есть Акира Тохэй, а в Калифорнии - Тиба. Я лишь не трогаю гавайцев, потому что там все слишком сложно.

Каждый из нас действует в своем регионе, и мы не мешаем друг другу. Раньше, когда здесь не было других сиханов, мне приходилось заботиться обо всем. Теперь же в каждом  регионе есть свой сихан, и я должен уважать их образ действия. ФАСШ как организация очень гибкая, и в ней не существует строгих предписаний; это просто большой зонт. Сама по себе федерация не имеет власти. Она просто ведет дела и общается со Штаб-квартирой.     

- Какой способ общения вы находите наилучшим?

- Каждый регион имеет свой информационный бюллетень, и мы ими обмениваемся. Мы включаем расписание Тибы в наше расписание и обмениваемся объявлениями о масштабных мероприятиях, таких как летние тренировочные лагеря. Это работает довольно неплохо. По поводу повседневных дел мы друг друга не беспокоим. Я знаю, что у Тибы свой собственный подход, у Тохэя Сэнсэя - свой. Но поскольку Восточное Побережье является местом  регистрации членства и финансовых операций, то здесь находится своего рода головной офис всей Федерации. Мы совмещаем некоторые вещи до определенной степени; например, Сюзан Уолк является секретарем ФАСШ, а также секретарем региона Восточного Побережья. 

- Я знаю, что два или три года назад вы пригласили из Бельгии Сэйити Сугано Сэнсэя. Мне кажется, что сначала, в 60-х, он поехал в Австралию.

- Он впервые представил айкидо в Австралии, а затем переехал в Бельгию и был нанят Федерацией Айкидо Бельгии. Он также работал ассистентом Тамуры Сэнсэя.

- Ему приходилось изрядно путешествовать.

- Сегодня в одном додзё, завтра - в другом. И он ездил. Ему платила Федерация, и он был вынужден следовать расписанию Федерации. Я просто спросил его, не хотел бы он приехать в Нью-Йорк. Мы всегда были близки друг другу; он был мне как брат.

- Я уверен, вам была необходима помощь.

- Конечно, я мог его использовать. Выжить двум сиханам в одном додзё, особенно в Нью-Йорке, очень непросто, но мы справляемся. Он по-прежнему регулярно, два-три раза в год, ездит в Австралию и три-четыре раза в год - в Бельгию. Мы просто согласовываем своими расписания. Когда уезжаю я, он старается оставаться в Нью-Йорке; когда уезжает он, я стараюсь оставаться в Нью-Йорке. И это работает довольно хорошо. 

- У Нью-Йоркского Айкикая очень хорошая техническая репутация.

- Большое спасибо. У него хорошая репутация, как в отношении техники, так и в отношении атмосферы. Собственно говоря, многие европейцы приезжают в мой додзё, и я всегда принимаю их. У них в Европе подобного додзё нет. Для них это нечто новое. У нас проходит пять-шесть хороших занятий в день, и у нас есть очень хорошие айкидки. Мой додзё довольно популярен. Я приглашаю людей, и у меня есть небольшая кухня, чтобы они могли оставаться и готовить себе еду. Это на самом деле додзё семейного типа, и он открыт для каждого. Мои ученики очень хорошо относятся к приезжим, и в результате они становятся хорошими друзьями.

- Вы ввели систему ути-дэси довольно давно. Не могли бы вы описать ее немного?

- Да. У меня нет предписаний для ути-дэси, но я делаю это, потому что сам воспитывался таким образом. Моим первым ути-дэси был Энджел Тинео, ребенок-школьник, чьи родители жили в Доминиканской Республике. Вот так я и начал. Если кто-то хотел остаться, я говорил «хорошо».

- Ведут ли они у вас какие-нибудь занятия?

- Да, конечно. Сейчас у меня их три, хотя один из них в настоящий момент находится в Японии. Так что сейчас у меня два постоянных ути-дэси. Но некоторые приходят лишь на месяц. Я принимаю всех.

- Вы все еще молодой человек, но у вас уже очень большой опыт в Соединенных Штатах, особенно на Восточном Побережье. Есть ли у вас какая-нибудь мечта, что-то особенное, что вы хотели бы совершить, или какое-нибудь новое направление, в котором вы бы хотели развивать айкидо? 

- Моя мечта - купить землю где-нибудь в сельском районе Нью-Йорка и держать его для членов моего додзё, чтобы они могли приезжать туда на выходные. Взять несколько учеников, заняться фермерством. Точно как в Иваме в старые времена. 

- Вам, вероятно, придется ждать, пока вам не исполнится 90, прежде чем они вас отпустят!

- Я бы хотел иметь второе помещение, достаточно большое, чтобы устраивать там летние лагеря или интенсивные занятия. Это моя мечта.

Кроме этого, единственная вещь, которую я хотел бы добиться от своих учеников, это чтобы каждый инструктор нес больше ответственности за то, что он делает. Некоторые люди начинают преподавать слишком рано. Когда это происходит, они хотят, чтобы их ученики смотрели только на них и учились только у них. И хотя техника человека высокого уровня может быть плохой, когда я вижу его в летнем лагере, я говорю: «О, это хорошо, но сейчас просто следуйте моему стилю». Я не хочу видеть такого рода разобщенность. Каждый инструктор должен подходить более ответственно к оттачиванию своего мастерства, чтобы его ученики могли развиваться. Опять же, айкидо должно быть индивидуальным и творческим; это часть его красоты, и именно из-за этого возникают некоторые проблемы.

- Примерно три года назад Хомбу Додзё признал группу Саотомэ Сэнсэя и снова принял ее в свою организацию. С организационной точки зрения они существуют совершенно отдельно от вас?

- Да. Мы просто не мешаем друг другу. Это касается лишь Досю и Саотомэ.

- Могут ли члены разных додзё свободно практиковать вместе?

- Я не возражаю, чтобы мои ученики участвовали в семинарах, но мне кажется, что они сами отказываются участвовать в них. Но, что касается меня, то я приветствую любого на наших семинарах.

- Вы довольно давно начали ездить в Европу, не так ли?

- Да я езжу туда довольно часто, потому что меня приглашает Тамура Сэнсэй.

- У вас довольно близкие личные отношения с ним?

- Тамура Сэнсэй и я выросли вместе. Я очень его уважаю и очень многому у него учусь. Как учитель я должен учиться не только для себя, но и ради своих учеников. Я хочу, чтобы мои ученики могли поехать куда угодно и не опозориться. Если они едут в Иваму, то они могут практиковать, они могут приспособиться; если они едут к Тамуре Сэнсэю, то они также могут приспособиться. Вот к чему я стремлюсь.

- Каково ваше впечатление от французского айкидо? В мире много стран, но Франция только одна.

- Оно довольно уникально.

- Вы знаете, у них сейчас больше занимающихся, чем в Японии. Я в этом уверен. У них приблизительно от 2,500 до 3,000 додзё. 

- Им повезло, что у них есть помещения. В каждом маленьком городке есть прекрасные общественные спортивные комплексы. Поэтому им легко организовывать семинары. Поскольку в каждом городке есть гимнастический зал, финансируемый городской администрацией, то в каждом городе есть татами. В Соединенных Штатах самая большая проблема - это достать татами. Аренда большого помещения требует денег. Поэтому в Европе, и особенно во Франции, айкидо развилось так быстро. Конечно, многие люди любят будо, но это, как мне кажется, главным образом из-за помещений. Им так легко организовать занятия где угодно. Они все используют свои отпуска для посещения семинаров или летних лагерей. Они любят путешествовать. А еще их счастье, что у каждого из них есть пять или шесть недель отпуска.  

- Сэнсэй, есть еще один довольно интересный момент, который японцы не очень хорошо понимают. Например, в додзё айкидо время от времени появляется кто-то, кто тренируется очень жестко и травмирует людей. В Соединенных Штатах, если ты содержишь додзё, то тебе нужно иметь массу различных страховок, страховки на случай травм и так далее. Даже если ты отсутствуешь, как глава додзё ты несешь финансовую и юридическую ответственность.

- В Штатах люди говорят, когда им больно. В Японии, если они получают травму, то держат это в себе. Но в США ты никогда не знаешь, подадут ли они в суд - на тебя лично или на додзё, или еще как-то.

- Приходилось ли вам  делать что-то, чтобы защитить себя от такого рода опасности?

- Вы должны понять, что практиковать и быть грубым - это две разные вещи. Я не возражаю, если люди занимаются жестко, на грани, но при этом оставаясь в рамках разумного. Они все-таки занимаются будо. Но необоснованную грубость я никогда не прощаю. Если кто-то начинает себя так вести, я просто говорю ему, чтобы он прекратил. Но что касается защиты, то иметь полную защиту очень сложно. Мы даем людям подписывать документ об отказе от претензий, но я обнаружил, что он не значит ничего, разве что в суде. В случае травмы очень важен твой подход. Ты должен выразить сожаление, попросить прощения и оплатить счет доктора. Вот и все. Но некоторые люди очень недоброжелательны. И тогда человек, получивший травму, выходит из себя и предпринимает какие-то действия. Но если вы отнесетесь к нему хорошо и скажете «я сожалею о том, что это произошло», и пошлете ему цветы, то тогда все будет в порядке. Если же ваш подход будет другим, и вы скажете «Это твоя собственная вина. Ты должен был быть готов к таким вещам. Что, по-твоему, ты здесь изучаешь?», то, конечно, он выйдет из себя. Это единственная защита, которая у меня есть. Быть великодушным.

- Я живу в Японии вот уже четырнадцать лет, и пару раз я получал травму. Есть несколько людей, который являются специалистами и которые травмировали сотни людей.

- Я против этого. Использовать айкидо для причинения вреда людям нечестно. Идеал айкидо основан на сотрудничестве во время практики.

- Я никогда не мог понять, как человек, стоящий во главе додзё, может позволять этим людям вести себя подобным образом.

- В моем додзё это бы убило мой бизнес. Я говорю им не делать этого. Мне нужны деньги, чтобы у всех было место тренироваться. Вы должны смотреть на это также и с деловой точки зрения.

- Когда О-Сэнсэй преподавал, было ли много травм в результате его техник? 

- Я не был свидетелем ни одного такого случая.

- Это совпадает с тем, что я слышал.

- Я никогда такого не видел. Конечно, несчастные случаи бывали. Но эти вещи ни в коем случае не были намеренными.

- Есть ли некое заявление, которое вы хотели бы сделать, или какая-то идея, которую вы хотели бы донести до людей?

Как ветерану мне не нравится видеть, как утрачивается семейная близость, к тому же по мере развития айкидо в него оказывается вовлеченным все больше и больше людей. Мы можем не нравиться друг другу, но у нас нет причины воевать друг с другом. У нас могу быть различные точки зрения, и это замечательно. Но мы должны работать вместе. Независимо от того, что люди говорят, каждый может сделать свой вклад со своей стороны. В этом природа айкидо; к айкидо обращалось много разных людей из различных областей, и у каждого из них свой собственный опыт. Это проблема, которая существует у нас в айкидо, но это также и положительный момент.

- Это обогащает его.

- Даже во времена О-Сэнсэя был подход Тэмпу-кай, подход Сакурадзавы, подход господина Томики и так далее.

- Если подумать, то айкидо является ответвлением Дайто-рю.

- Такова природа айкидо.

- Я приношу свои извинения за то, что так долго ждал разговора с вами. Я был в Японии, и у меня не было возможности увидеться с вами. Спасибо, что уделили нам время. 

- Я рад, что нам представилась такая возможность.